Реклама:

ЗАКРЫТЬ

венки из живых цветов похоронные.

 

На главную

 

Роберт Ирвин. Арабский кошмар

бедуины

грозят, но и солдаты султана. Они говорят, что паломники не приносят с собой

денег.

Бэльян втайне обрадовался. По правде говоря, вынужденная задержка в

Каире вполне его устраивала. Его удовлетворение связано было с его

двуличием, ибо в Египет он прибыл не только паломником. После того, как

более года назад, в Англии, он поклялся отправиться в монастырь Святой

Катарины, что на горе Синай, а оттуда - в Святую Землю, ему было дано

поручение от французского двора. Он должен был под видом паломника объездить

земли мамлюков в качестве шпиона, подмечая численность мамлюкских войск,

прочность фортификационных сооружений и другие важные особенности.

Считалось, что мамлюкское правительство в Каире опасается нападения

оттоманских турок с севера и готовится к войне в Сирии. Утверждалось также,

что в Каире зреет опасный заговор. Или все это было игрой воображения?

Слухи, доносившиеся с востока, озадачивали христианских королей.

Неопределенность возложенной на Бэльяна задачи предоставляла ему широкие

возможности для различных предположений.

"Несмотря на все несообразности и противоречия, я докопаюсь до истины".

Его начали одолевать грезы о погонях в подземных сточных водах, о

потайных входах и выходах, свечах с отравленными благовониями и таинственных

сигналах надушенными платочками; ему уже представлялось, как он плетет

паутину интриг, заговоров и контрзаговоров. Скрепя сердце он вернулся к

реальности. Монах толковал о том, что завтра начинаются празднества в честь

обрезания. Завтра на ипподроме перед султаном и простым людом Каира пройдут

парадом отборные полки мамлюков и состоится демонстрация искусства как

массированных маневров, так и единоборств, - безусловно, благоприятная для

иностранных наблюдателей возможность оценить боеготовность этих невольничьих

полков и неплохой критерий для будущих суждений Бэльяна.

Остальные слушатели принялись чертыхаться, брызжа слюной, - новость они

восприняли отнюдь не так спокойно. Монах, воспользовавшись их

растерянностью, произнес импровизированную проповедь о преградах, зримых и

незримых, с коими им предстоит столкнуться в последующие месяцы. Несколько

раз он прерывал свои пространные рассуждения о земном путешествии к небесной

цели, дабы предостеречь их от опасного непотребства обрезания и татуировок.

Зачарованный тем, как монах истолковывает отношение Церкви к

членовредительству, Бэльян какое-то время слушал, а потом устало повернулся

и вновь побрел по винтовой лестнице к своему спальному месту. Венецианцы,

одержавшие победу в споре с мухташибом, тоже устраивались на ночлег.

Вновь он проснулся лишь около полудня, когда солнечные лучи уже

добрались до погруженной в полумрак галереи. Он полежал немного, тщетно

силясь припомнить некий дурной сон и вслушиваясь в звуки. Со всех концов

города доносились крики муэдзинов, усиливаясь и слабея в дисгармоничном

контрапункте, зовущие к молитве зухр. Несколько венецианцев громко играли на

1| 2| 3| 4| 5| 6| 7| 8| 9| 10| 11| 12| 13| 14| 15| 16| 17| 18| 19| 20| 21| 22| 23| 24| 25| 26| 27| 28| 29| 30| 31| 32| 33| 34| 35| 36| 37| 38| 39| 40| 41| 42| 43| 44| 45| 46| 47| 48| 49| 50| 51| 52| 53| 54| 55| 56| 57| 58| 59| 60| 61| 62| 63| 64| 65| 66| 67| 68| 69| 70| 71| 72| 73| 74| 75| 76| 77| 78| 79| 80| 81| 82| 83| 84| 85| 86| 87| 88| 89| 90| 91| 92| 93| 94| 95| 96| 97| 98| 99| 100| 101| 102| 103| 104| 105| 106| 107| 108| 109| 110| 111| 112| 113| 114| 115| 116| 117| 118| 119| 120| 121| 122| 123| 124| 125| 126| 127| 128| 129| 130| 131| 132| 133| 134| 135| 136| 137| 138| 139| 140| 141| 142| 143| 144| 145| 146| 147| 148| 149| 150| 151| 152| 153| 154| 155| 156| 157| 158| 159| 160| 161| 162| 163| 164| 165| 166| 167| 168|